Письма юному другу

Отрывки из книги

«В период с 1948 по начало 1960-х годов Кришнамурти был доступен широкому кругу людей, и посетителей было много. Во время прогулок, личных встреч и в переписке завязывались тёплые взаимоотношения. Приведённые далее письма он написал одному юному другу, который обратился к нему с израненной душой и телом. Охватывающие период с июня 1948 г. по март 1960 г., эти письма проявляют глубочайшее сострадание и ясность мысли: перед нами открывается учение и его исцеляющая сила; расстояние и границы исчезают; в потоке слов, где каждое значимо, учение и исцеление объединяются в моменте». — Пупул Джаякар

1

Проявляй гибкость ума. Сила — не в твёрдости и упорстве, а в пластичности. Только гибкое дерево устоит в бурю. Черпай силу в быстроте ума.

Жизнь — странная штука, столько всего происходит непредвиденно; одно лишь сопротивление не решит никаких проблем. Необходимы безграничная гибкость и цельное сердце.

Жизнь подобна лезвию ножа, и идти по ней нужно с исключительной осторожностью и гибкой мудростью.

Жизнь так изобильна, полна сокровищ. Мы встречаем её с пустыми сердцами и не знаем, как наполнить их этим изобилием. Мы бедны внутренне, но когда нам предлагают богатства, мы отказываемся. Любовь опасна, она влечёт за собой единственную революцию, которая приносит абсолютное счастье. Лишь немногие из нас способны любить, лишь немногие из нас хотят любви. Мы любим только на собственных условиях, превращая любовь в предмет торговли. Это рыночная ментальность, но любовь — это не товар, не сделка «ты — мне, я —тебе». Любовь — это состояние бытия, в котором все наши проблемы разрешаются. Но мы приходим к колодцу с напёрстком, и потому жизнь становится банальной, мелочной и безвкусной.

Каким прекрасным местом могла бы быть Земля, ведь здесь столько красоты, столько великолепия, столько немеркнущего очарования. Мы увязли в страдании и не спешим избавиться от него, даже когда кто-то указывает нам путь.

Из части II «Молодежи»

Не знаю, заметили ли вы, что сегодня на рассвете утренняя звезда и убывающая луна были совсем рядом друг с другом. Видели ли вы лунный свет в своей комнате и на реке? Не было ни малейшего ветерка, и на воде не было ни всплеска. Река была совершенно неподвижна. Это было необыкновенно красиво: далёкий тёмный берег; яркая, как отполированное серебро, луна; Венера — всё ещё поблёскивающая утренняя звезда; и тихая водная гладь. Ворочал вёслами рыбак. Этот рыбак, безмятежная вода и серебристая луна, утренняя звезда и тёмный берег в дали — всё это было совершенно необыкновенно.

У большинства из нас почти нет чувств по отношению к чему-либо. Знаете ли вы, что значит чувствовать, проявлять участие, смотреть? Чтобы наблюдать за рекой, подолгу смотреть на луну, чувствовать движение деревьев, видеть птицу — то, как она летит, как нежны её крылья и какими необычайно сильными они должны быть, чтобы удержать её в бурю, — для всего этого требуется великая способность чувствовать. Знаете ли вы, что это значит — чувствовать? <...>

Чувствовать движения деревьев и слышать утренний ветерок в листве, сочувствовать тем  бедным женщинам, которые изо дня в день идут из деревни в город в грязной одежде — немытые, никогда не знавшие горячей ванны, никогда не имевшие чистой одежды, никогда не евшие досыта и всегда вынужденные работать — всё это делает человека очень чутким. Слушать, но слушать не технику, не повторение определённой ноты, а саму песню, спетую от чистого сердца тем, кому всё равно, слушает ли кто-нибудь; слушать крик птицы по утрам и голос рыбака на другом берегу реки — всё это делает человека очень, очень восприимчивым — это делает человека пронзительно живым.